Два мира, один вертеп

Католическая дорога

Ровно два года назад, в конце ноября, мы жили в Мадриде в нетрадиционной семье. За хозяйку у них бы Луис, знойный мулат колумбийского происхождения. По дому он передвигался исключительно в клетчатом фартуке с белыми рюшечками. Помешанный на чистоте, выискивал по углам соринки и накидывался на них, как тореро, хотя и вооружённый лишь совком и шваброй.

Близилось Рождество. На Пуэрта-дель-Соль, центральной площади испанской столицы, смонтировали огромную железобетонную ель. Сыровяленные хамоны нарядили в шапочки санта-клаусов и присыпали, имитируя снег, перемолотым пенопластом.

Озаботился и хозяйка-хозяин: встал рано, сварил нам кофе. А потом вытащил из кладовки увязанную синими лентами, как праздничный торт, коробку. Что-то с вечера приготовил на завтрак? Луис домовитый, на все руки парень — с него станется полночи не спать, и стряпать вкусняшку. 

Он молча смахнул пуховкой невидимые пылинки с коробки. Осторожно, будто там бомба со сверхчувствительным детонатором, принялся извлекать фигурки, вовсе непохожие на пирожные.

Первым на свет божий явился телёнок. Его Луис тут же сунул мне прямо под нос, не выпуская из рук и оглаживая, как младенца:

— Смотри, какой милый! Он мой любимец!

Следом из «короба изобилия» вынырнули: ослики — в количестве пяти штук, девушка с коромыслом, и небольшое стадо белоснежных овечек. Затем последовал основной состав.

— Это Иосиф, — Луис промокнул кружевным платком скупую мужскую слезу. И предъявил бородатого старца в коричневом бенедектинском плаще, подпоясанного льняным жгутом. — В детстве, когда семья засыпала, я прокрадывался в гостиную и переставлял Иосифа ближе к Иисусу, чтобы демон не мог к нему подобраться.

— А это Дева Мария, — торжество продолжалось. — Видишь, как сверкает покрывало, расшитое звёздами?

Луис распечатал новый флакон с оливковым маслом. Извлёк из дальнего ящика кухонного стола, единственного закрытого на замок, специальное полотенце. И, смахнув в раковину тарелки с недоеденные бутербродами, застелил обеденный стол толстой бумагой:

— Их нужно умаслить, иначе не получится Рождества: звезда не зажжётся, Иисус не родится. — И запыхтел усердно, натирая особой тряпочкой одного из волхвов.

Мы собрались на прогулку, чтоб не сорвать магический ритуал. На выходе Луис окликнул:

— В этом сезоне хочу сделать ландшафтный дизайн, — заглянул мне в глаза со щенячьей надеждой: вы мне поможете? 

Затем выложил из коробки дюжину оливковых деревцев:

— Это мой единственный сад. Зато посмотрите: какие чудесные кустики.

В садовый комплект входили: две пластиковые пальмы, растрёпанные, как старый веник. И миниатюрные пинии с разряженной кроной на низком штамбе, больше смахивающие на горные сосны.

Нам только заикнись про ландшафтный дизайн — уж так расстараемся, не остановишь. Отложили поход в музей Прадо и понеслись на самый большой мадридский рынок вертепов — на площадь Пласа Майор. Присмотреться к ассортименту.

В итоге зачистили местный базар: скупили все игрушечные кипарисы для аллейной посадки. Приличного состояния было всего одиннадцать штук. Взяли бы больше, мы любим закупиться материалом с запасом. Но остальные лежали в дисконтных корзинках с надломленными верхушками. Такой хлам в сад и даром не надо.

Для цветущих полян нашли только пуансентии, размером с мизинец, с крохотными листочками из бархатистой замши. И опять смели все, что были: будем делать массивы. В азарте прихватили совят из шишек. В них, как в горшочки, натыкали веточки пихты и белой омелы. Продавец голосил, как араб на иерусалимском рынке перед шаббатом:

— Семь сов по цене трёх! Только сегодня! Только сейчас!

Не устояли, купили четырнадцать штук.

Бежим домой, порадовать друга: сейчас развернёмся и устроим ему райский сад. По дороге придумываем проект и куда сов пристроить — они будут у нас вместо цикасов.

Заходим в квартиру. В гостиной собран шикарный вертеп. Кроме умасленного базового состава — Марии, Иосифа, младенца, волхвов и телёнка, — вокруг хлева толпится население небольшой, но трудолюбивой деревни: кузнец с наковальней, каменщик с крошечным мастерком, дровосек, прачка и другие люди честных рабочих профессий.

Но наш приятель вовсе не рад. Он сидит за столом, опёршись руками на подбородок, и рыдает, как девица на выданье. Выяснилось, что драгоценный телёнок во время праздничного купания в оливковом масле выскользнул из рук на каменный пол и сколол копытце на левой задней ноге. Всё! Откололось счастье, как Британия от Евросоюза!

На следующий день мы купили, в подарок, длиннорогого буйволёнка с выпученными как у мухи глазами — пополнить коллекцию. Но Луис оставался печален всю оставшуюся неделю — вплоть до нашего отъезда. И перетаскивал каждые час подраненного любимца на новое место. То прислонит к кипарису, то среди шишечек-цикасов подоткнёт. Сад, даже понарошечный, лечит: проверено за годы ландшафтной практики.

 

***

В Рио-де-Жанейро мы прибыли в полной уверенности, что попадём в самое пекло пиратских разборок. Придётся жить, как в послевоенной Одессе из фильма «Ликвидация»: по улицам только в дневное время, предварительно сняв украшения и шарахаясь от каждого встречного. А где оставлять ценные вещи? В гостинице, в сейфе? Так ведь и отель могут ограбить: налетит чёрная банда с фавел и похитит фотоаппараты. А если гостиничная охрана с бандитами в сговоре?

Поселились в частной квартире на Копакабана — по рекомендации Морина. В очень традиционной, судя по отзывам, бразильской семье, в старинном доме.

Здание напоминало музей. Построили его в начале прошлого века в стиле либерти. Лифт в зеркалах и коврах, инкрустирован красным деревом. Винтовая лестница с ограждением из кружевного литья. Холлы облицованы керамической плиткой азулежу. Все этажи единого синего цвета, но везде индивидуальные античные сценки с орнаментами. 

Наверняка здесь празднуют Рождество очень традиционно. Интересно, какой вертеп? Поди богаче, чем у Луиса в Мадриде. Гостиная-то в пять раз больше — прямо как бальная зала. Есть, где разгуляться!

Ждём, Рождество приближается. Санта Клаусы в красных шортах в каждой кофейне. Но Елена, владелица апартаментов, заветную коробочку из священной кладовки доставать не торопится. А нам страсть как хочется узнать: кто главный хозяйский любимчик? И может тоже, если успеем, устроить вокруг пещеры Эдем по-бразильски.

Спрашиваем напрямую, перевели в Гугле на португальский, чтоб наверняка:

— Вертеп когда ставить будите? Хотим посмотреть, нам уезжать скоро. 

Елена взглянула внимательно, изогнув ласточки-брови:

— Вы хотите видеть вертеп? Бедные русские, у вас же в России одни медведи по снегу гуляют. Цивилизации нет, — сомкнула ладони в замочек и закатила глаза, как кающаяся Магдалина Мурильо, — Морин предупреждал, что вы чудаковатые люди, но не говорил, что вы так любите Рождество.

Затем решительно тряхнула кудрями и пылко заверила, как припечатала:

 — Завтра будет вам святое семейство! Сейчас я спешу на работу.

На следующее утро, едва успели позавтракать, Елена явилась на кухню. Лопочет по-португальски: презепью, презпью… И манит рукой выходить. Мы поняли, что это — про вертеп. Может, они построили рождественский хлев в нижнем холле, возле привратницкой? Когда успели? Всю ночь надрывались?

Бразильцы — потомки пиратов. А разбойникам без веры никак: ограбил кого или убил, тут же, не отходя от кассы, немедленно помолись и испроси отпущения. Иначе доступ к сокровищам перекроют. Поэтому Рождество для них должно быть святейшим праздником. Как и в Италии — у потомков гладиаторов.

Интересно, а в фавелах тоже ставят вертепы? Я видела маленькие хлевики на ярмарке в Куритибе. Совсем мини — в разрезанной пополам скорлупе кокоса. Такой поместится где угодно, даже на подоконнике.

Но и в холле рождественских представлений мы вновь не заметили.

Елена позвала выйти на улицу. У парадной, как и вчера, сидел чернокожий бомж-попрошайка. Пожалуй, сойдёт за демона-искусителя, являвшегося Иосифу. Больше из святого семейства никого не нашли.

Зато стояло такси.

В нём и поехали. Вскоре остановились возле футуристического строения, огромного, высотой метров сто, не меньше, похожего на Вавилонскую башню. Стены — из бетонных ячеек. Поперечные рёбра, постепенно уменьшаясь в длине, сужаются вверху на конус. «Дом, где сходятся небеса с землёю» — из библейского описания. Ещё больше всё это похоже на стадион, вывернутый наизнанку. Как если бы ареной служила прилегающая территория, а сиденьями — поперечные рёбра. 

Футуристический собор в БразилииКатолический собор


Ну, так и есть! Вот рядом и колокольня: такая же серо-бетонная вышка, набранная из кругов с дырками посередине. И с крестом на макушке. Построили к Олимпиаде? Бразильцы же на спорте помешаны. Молятся на своих Пеле и Рональдо, как туземцы-самолётопоклонники. Очень удобно и по-пиратски задумано: пофанател за любимого игрока, и тут же помолился за его победу и здравие.

Вошли: башня оказалась Кафедральным Собором. Модернистский проект разработал архитектор Эдгар де Оливейра. Говорят, вдохновился пирамидами Майя. Но от католичества не отступил. Скруглил башне рёбра и придал ей форму мирты — головного убора епископов, символа близости к Богу.

На входах в Собор модерновые скульптуры святых из металла. Под колокольней памятник бетономешалке. Внутри — пёстрые ленты витражей, снизу доверху расписанные святыми деяниями. Потолок — бездонный, как омут. Парящий в воздухе крест, готовый обрушиться на головы нечестивцев. У меня мурашки по коже и нервный тик на правом глазу. Тишина. Мрак. Красная дорожка, ведущая к минималистичному алтарю, и пустые ряды деревянных лавок.

Храм из бетонаВитраж крест

Католический витражСобор скамейки

 

Елена, едва ступила на красный ковёр, упала на оба колена, свернулась дугой, ладони в лодочку, и неистово зашептала на своём португальском, как одержимая страхом грешница. Мы напугались: что могла совершить эта милая женщина, чтоб так убиваться?

Но не прошло и пяти минут, и, пока мы ошарашенно оглядывались по сторонам, молящаяся вскочила. Понеслась бодрой кобылкой, потянув нас в правую часть помещения:

— Вот вам Святое семейство, почти в полном составе. — И пояснила: — Ясли оставляют пустыми до Сочельника, а в полночь туда положат фигурку младенца Иисуса.

Хлев и его обитателиРождественский вертеп

Кафедральный Собор Рио-де-ЖанейроКафедральный Собор Рио-де-Жанейро

Кафедральный Собор Рио-де-ЖанейроКафедральный Собор Рио-де-Жанейро

 

Святое семейство в этом, почти космическом храме: Иосиф, Мария, овечки, волхвы — были в точности такие же, как у Луиса в Мадриде. Только размером в натуральную величину — с человеческий рост.

И это было единственное, что подходило хоть под какие-то привычные нормы. Хотя о каких правилах говорить, когда в супер-футуристическом здании, в окружении модернистских святых, установлен обычный вертеп?

Собор и колокольняБетономешалка

 

Зазеркалье полное, бразильское традиционное. Это вам не Европа — тут всё с избытком объёмов и прочности. И бетономешалка под звонницей, как бронепоезд на запасном пути.

Дистанционное ландшафтное проектирование

Дистанционное (удалённое) ландшафтное проектирование

Дистанционное (удалённое) ландшафтное проектирование

Дистанционное (удалённое) ландшафтное проектирование

14+

Яндекс.Метрика